… Кревского, постановившисе очевисто дворянин его королевское милости пан Ян Девочка и при ним два ввозные господарские повету Упитского Криштоф Матеевич а Лаврин Миколаевич, положивши реестр под печатьми своими, с подписами рук стороны людей добрых пяти шляхтичов, земян господарских повету Упитского, тот реестр очевисто сознали, который реестр слово в слово до книг вписуючи, так се в собе мает: ... [Далее следует реестр села, в котором перечислены не менее 150 Жемайтских – мы сбились со счета – и 2 Славянских крестьянина. Далее очерчены границы села с имениями Сологубов, Яна Визгирда, Довгерда, Флориана Бейнарда и Станислава Борковского. Пять шляхтичей, поставивших подпись были] ... Балтромей Станиславович, паном Венцлавом Яновичом Александровича, паном Яном Миколаевичом, паном Григорьем Кушелевским а паном Стефаном Яновичом ...». В Россейнях-Рассейняе, то есть в столице этногеографической зоны Жемайтия, в конце 16 века под инвентаризацией подписывались «... под моею печатью и с подписом руки моей [судьи] и под печатьми и с подписом рук людей добрых, от мене очевисто упрошенных, земян господарских земли Жомойтское, пана Станислава Станиславовича Росенского, пана Яна Станиславовича Мартинковича, пана Яна Шимоновича Бельского, а пана Яна Станиславовича Увойня. Писан в Росейнях году ...».

 

9. КАКОЙ НАЦИОНАЛЬНОСТИ БЫЛИ САПЕГИ, РАДЗИВИЛЫ, ГАШТОЛЬДЫ, ОСТЫКИ, ГЕДРОЙТИ В 16 ВЕКЕ

Виленская археографическая комиссия утверждает следующее: [11] Предисловие «... Род Остыков относится к такой же древней почетной Литовской знати, как Гаштольды, Радзивилы, Гинтовты, Довойны, Кезгайлы и другие ...». В контексте данной цитаты под Литовцами понимаются Жмогусы-Жемайты (об этой синонимической связке смотри ниже). Это заключение базируется на антинаучном тезисе о том, что все Славяне во все времена были Славянами, а все Жемайты – Жемайтами, и если у кого-то по линии предков обнаруживаются Балтские корни, то они автоматически должны быть приписаны к Жемайтам.

Современная историография доказывает изначальное Балто-Славянское единство с дальнейшей дивергенцией признаков, при этом наиболее древние фамилии могут в равной степени встречаться как у современных Летувисов, так и у современных Беларусов (смотри здесь главу 6). Поэтому цель настоящей историографии заключается вовсе не в определении начал – они у наших народов общие – а в определении дальнейшего пути развития той или иной фамилии.

Настоящим разделом на примере Гедройтей хотим доказать, что властьимущие ветви знаменитых Литовских фамилий с Балтскими корнями выбрали именно Славянский, то есть Литвинский путь развития.

9.1. НА КАКОМ ЯЗЫКЕ ГОВОРИЛИ ГЕДРОЙТИ – ПРИМЕР 1

[11] Предисловие «... В 1601 году возный заявил, что супруги Трунковские, приговоренные за оскорбление Князя Гедройтя к заключению в тюрьму, заявили, что "мы готовы на замку высоком, або тут на замку подле брамы у турме на шесть недель везенья засести, а у вежи на дне шести сажени у таковом везенью заседати не хочем, ани седети будем". Да ведь вы сами, возражал оскорбленный противнику "уходечы большого и дальшого везенья у шести недель у вежи на дне шести сажонь выседети обовезалистесе, про то дей если вы досыть записови своему чынити". На что был решительный ответ Трунковских: "на дне у вежи засести не хочем и не будем, одно або на высоком замку, або в турме шляхетной тут на доле в Замку подле брамы засести маем" ...».

На каком языке оскорбили Гедройтя Трунковские? Да на том самом, на каком они давали показания в суде, на том самом, на котором и писан этот судебный акт с их цитатами.

9.2. НА КАКОМ ЯЗЫКЕ ГОВОРИЛИ ГЕДРОЙТИ – ПРИМЕР 2

[10] Стр. 288. 2 апреля 1596 г. Заявление возного о продаже имения Нарманского. «... у дворе гродском Вилкомирском отправованых, передо мной Княжатем Мартином Кгидройтем старостою Вилкомирским, державцою  Обелским, ставши очевисто [самолично] возны кгродски повету Вилкомирского Станислав Бартошевич, сознание свое устное ку записанию до книг кгродских Вилкомирских пры квите своем очевисто вделал, который квит так записал: Я Станислав Бартошевич ...».

На каком языке постоянно разговаривал староста Вилкомирский Князь Мартин Гедройть с подчиненным Станиславом Бартошевичем? Совершенно очевидно, что на Славянском.

9.3. НА КАКОМ ЯЗЫКЕ ГОВОРИЛИ ГЕДРОЙТИ – ПРИМЕР 3

[10] Стр. 362. 3 июля 1596 г. Передаточная запись от Стани­слава Павловича Гедройтя и его жены Варвары Яновны урожденной Счастной Иерониму Адамовичу Са­довскому па имение Антостырское.

На каком языке совершал передаточную запись Станислав Павлович Гедройть свое имение Иерониму Адамовичу Садовскому? Естественно, что на том же самом, на котором записано все дело – на Славянском. Упоминаемый Станислав Павлович Гедройть являлся Славянином как минимум в третьем поколении.

9.4. САПЕГИ, РАДЗИВИЛЫ, ГАШТОЛЬДЫ, ОСТЫКИ

Аналогичные заключения можно сделать и по этим знаменитым Литвинским фамилиям, мы за очевидностью этого факта не ставили перед собой цель делать соответствующие выборки. Средневековые актовые судебные книги ВКЛ дают нам полное право говорить о том, что все упоминаемые в них представители знатных Литовских родов как минимум с начала 16 века были Славянами. И напротив – данных о том, что хоть кто-то из представителей этих родов был из числа Жемайтов, нет никаких.

9.5. ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Все упоминаемые в средневековых актовых судебных книгах ВКЛ именитые роды носят очевидные признаки своего Славянского происхождения, что проявляется в:

— соблюдении Славянской традиции имен и отчеств;

— наличии прямых доказательств, что они владели Славянским языком;

— наличии прямых доказательств, что они владели Славянским письмом.

Напротив, мы не сумели отыскать ни малейшего свидетельства, говорящего в пользу их Жемайтского происхождения.

 

10. СТЕРЕОТИПНЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ РОССИЙСКОЙ ИСТОРИОГРАФИИ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ 19 ВЕКА О ЛИТВЕ, ЛИТВИНАХ, БЕЛАРУСАХ, ЖЕМАЙТИИ, ЖЕМАЙТАХ И ЖМОГУСАХ

10.1. ОБ АКТУАЛЬНОСТИ РОССИЙСКИХ ИСТОРИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ 19 ВЕКА

Представленные ниже разделы являются следствием параллельных исследований, которые целиком составлены на представлениях официальной Российской Имперской историографии в лице Виленской археографической комиссии. Еще раз повторимся, что эти представления для нас крайне важны, так как Российская историография второй половины 19 века:

— это ближайшее по времени к ВКЛ глубокое исследование, с выраженной методологией и научными подходами;

— только она получила в наследство всю полную подборку первичных исторических документов ВКЛ и монопольно имела к ней доступ;

— только она могла по горячим следам наиболее полно и адекватно осветить историю ВКЛ.

Других подобных исследований в ту пору не существовало, все они были возможны только с позволения Российской цензуры.

Естественно, претендуя на научность с самой высокой буквы, Российская Имперская историография обязана была использовать старые и формировать новые стереотипы представления о ВКЛ, своеобразные научные штампы, которые всякая наука использует в качестве базовых опорных терминов. Поэтому тот взгляд Российской Имперской историографии для нас крайне актуален с позиции динамики этих стереотипных представлений тогдашней науки о Литве, Жемайтии, Беларуси, ВКЛ в целом. Именно эти исследования дают нам четкие представления о том, когда и как менялись общепризнанные представления о ВКЛ с годами.

10.2. О ПРИНЦИПЕ ЛИТОВСКОГО «ЗАХВАТА»

[6] Предисловие. «... Коренные Русские земли на западе и юге мало по малу, то при помощи оружия, то вследствие родственных отношений Князей Литовских с Русскими Князьями, переходят под власть Литвы. Даже Киев – мать городов Русских, откуда еще Владимир язычник делал удачные походы в Литву, в 14 столетии очутился под властью Литовского Князя и должен был усту­пить первенство неизвестной до того времени Вильне ...».

РЕМАРКА. При Владимире Великом (крестившем Русь) Литвы еще не было – это тенденциозные выдумки авторов с целью как можно дальше во времени отодвинуть историческую Славянскую детерминанту. Аналогичные сказочные тенденции прослеживаются и в настоящее время в виде одиозных попыток придать Русскую детерминанту развития всей человеческой цивилизации вплоть до Египта.

[6] Предисловие. «... Точно также очутилась под властью Литовских Князей и Волынь и Подолия и вся почти так называ­емая Белоруссия ...».

РЕМАРКА. Это явный признак недавно введенного термина. А кем эта «так называемая Белоруссия» была раньше? Ни в одном другом месте эта «так называемая Белоруссия» больше не употребляется, но место вовсе не вакантно – оно занято некоей «обрусевшей Литвой», что четко следует из всего контекста анализа.

[6] Предисловие. «... По-видимому, настали последние времена для Русской народности и Рус­ской государственности в западной Руси. Но случилось иначе. Русский народ в это критическое для него время проявил многочисленные признаки своего культурного превосходства пред Литовцами ... Подобно тому, как Римляне, победив Греков, подчинились Греческой культуре или как Германцы, заняв Римскую империю, усвоили себе Римскую цивилизацию, так и Литовцы, покоривши Русские области, очутились в роли побежденных, совершенно подчинившись многостороннему и сильному влиянию покоренных Русских ...».

РЕМАРКА. Как видим, уже в конце 19 века в Российских исторических кругах укоренилось мнение о «Литовском захвате» Восточных Славян, предков современных Беларусов и Украинцев. В целом представлении контекста всех исторических обзоров того времени отчетливо прослеживается и цель этой «захватнической» концепции – таким образом был подведен основополагающий базис под обоснование «освободительной» роли Российского Империализма. «... Так и Литовцы, покоривши Русские области ...» и «... покоренных [Литовцами] Русских ...». В этих выражениях мы видим всю выгоду для Российской внешней политики именно в этой исторической конструкции – концепция «захвата» чужеродной Жемайтией Славянских земель с последующим их «освобождением» и «воссоединением» всего «Русского» под началом Москвы, что наиболее полно отвечает чаяниям Российского империализма всех времен.

10.3. О РУССКОМ ЯЗЫКЕ ЛИТВЫ

[6] Предисловие. «... Все писа­тели согласно утверждают, что Литовцы по мере того, как расширяли свои владения за счет соседних Русских Княжеств, все больше и больше подвергались обрусению и уже в 13 веке приняли Русскую цивилизацию и Русский язык и сделали его у себя языком двора, науки, судопроизводства, администрации и дипломатии. Соседи могли понимать Литовцев и сноситься с ними только при посредстве Рус­ского языка. Желая упрочить свою власть над Русскими областями, Литовские Князья охотно и часто вступали в родственные связи с Князьями Русскими, роднились не только по языку, но и по крови. Благодаря этому родству Литовских Князей с Русскими, распространение Литовского владычества над Западной Русью не произвело в ней перемен в отношениях культурных ...».

РЕМАРКА. «... [Литовцы] уже в 13 веке приняли Русскую цивилизацию и Русский язык и сделали его у себя языком двора, науки, судопроизводства, администрации и дипломатии ...». Этот факт нельзя обойти мимо, Российская наука обосновывает это более мощной Славянской культурой, но совершенно обходит вниманием и более простой и достоверный вариант – а что, если Литва сама по себе и была Славянской? Тогда все допуски отпадут и версия будет выглядеть куда более убедительной.

[6] Предисловие. «... Русская жизнь шла своим чередом и Русский язык был во всеобщем употреблении на всем пространстве Великого Княжества Литовского, не только среди коренных Русских, но и среди коренных Литовцев, в том числе и в Княжеском роде ...».

РЕМАРКА. «... Не только среди коренных Русских, но и среди коренных Литовцев ...». То есть две нации считались коренными, принцип многонациональности ВКЛ является адекватным.

[6] Предисловие. «... Так, Великий Князь Ягайло по-польски совсем не умел. Витовт обыкновенно говорил по-русски и писал на Русском языке. Свидригайло был великим поборником Русской народности и Русского языка, за что по интригам Поляков лишен был и Княжества в 1432 году. Казимир Ягайлович и Сигизмунд Казимирович тоже благоприятствовали Русской народности и Русским началам в Литве. Сами подданные Литовского Княжества иначе не называли себя, как Русскими: католики называли себя "Русскими Римского закона", а православные "Русскими Греческого закона" ...».

РЕМАРКА. Упоминая Свидригайло, действительно устроившего гражданскую войну в ВКЛ 1432-1435 годов между Литвой и Русью (смотри здесь «Летопись Великих Князей литовских» раздел 5.3) автор совершенно упускает удельного Князя Киевского Скиргайло, ставленнике Витовта, которого согласно «Хронике Великого Княжества Литовского и Жемайтского» (смотри здесь разделы 4 и 8.2) после его насильственной смерти «... Киевляне все понесли его на головах, священники  пели отходные песни, со свечами, из города Киева к святой Богородице Печерской, и положен Князь Скиргайло чудесный и добрый подле гроба святого Феодосия Печерского. И Князь Великий Витовт послал Князя Ивана Солгимонтовича в Киев ...». И Свидригайло, и Скиргайло носили языческие Балтские имена, но были не просто Славянами, а Славянами Православными.

[6] Предисловие. «... Что касается судопроизводства и администрации, то здесь с особой силой отразилось Русское влияние ... Законы Русской правды как более соответственный стране и обычаям народа, были издавна приняты и действовали в Литве, а впоследствии вошли в состав Литовского статута. Нечего и говорить о том, что все законоположения, собранные в Литовском статуте, были писаны языком русским, как об этом упоминает Канцлер Великого Княжества Литовского Лев Сапега, приготовивший по певелению Короля Сигизмунда 3-его издание статута: "если которому народу встыд прав своих не умети, поготовю нам, которые не обчим яким языком, але своим властным (то есть Русским) права списание маем" ...

... Самой цветущей эпохой Русского языка в Литве были 15, 16 и начало 17 столетия. Все судебные и административные акты за это время, даже на Жмуди, то есть в самом центре Литовского племени, как это видно и из настоя­щего тома, писаны не иначе, как на Русском языке, что обязательно требова­лось особым постановлением Статута (Раздел 4, артикул 1, пункт 4). Только с по­ловины 17 столетия начинают мало по малу употреблять в актах и польский язык, хотя и весьма редко. Только в 1697 году последовало формальное запрещение употреблять Русский язык в верховных судах и постановлено было употреблять язык Польский. Значение Русского языка в Литве и вообще Русских начал в этом крае отлично понимали и современники и недаром выражались, что "Литва и Жмудь цветет русчизною, что Литва и Жмудь без Русского языка существовать не могут" ...

... Таким образом, уже один язык, на котором написана печатаемая в настоящем томе актовая книга Упитского городского суда, с очевидностью доказы­вает, как сильно было в 16 столетии Русское культурное влияние на Жмуди, какие успехи сделала Русская гражданственность в коренных Литовских землях, при чем успехи эти объясняются не насильственными какими-нибудь деяниями, не принуждением (правительство, все-таки, оставалось Польское) а единственно внутренними достоинствами, превосходством Русских начал, Русской культуры. Невольно напрашиваются на мысль сопоставления и выводы не в пользу настоящего положения Русского языка на Жмуди ...».

РЕМАРКА. Ставится явный знак равенства между Упитой (современный район Паневежиса, центральная Аукшайтия) и Жмудью, то есть для автора еще в конце 19 века районы, которые в Летуве принято называют Аукшайтией, именовались Жмудью, то есть Жемайтией.

[6] Предисловие. «... Обращаясь к содержанию документов настоящего тома, мы должны заметить, что все они в общей сложности имеют большое значение для характеристики Литовцев Жмудинов 16 века и для изучения их бытовых условий, так как заключают в себе данные и сведения, освещающие внутренний мир, понятия, экономический быт и нравственный склад характера Литовца земледельца и мелкого помещика ...».

РЕМАРКА. «... Имеют большое значение для характеристики Литовцев Жмудинов 16 века ...» – явные синонимы одного понятия, то есть для автора эти самые «характеристики» и для Литовца и для Жмудина были одинаковыми. Раз автор не выделял отдельные характеристики для Литовца и Жмудина, эти характеристики были для Литовца и Жмудина одинаковыми, то есть у них были все общие признаки.

[18] Предисловие. «... Мы же имеем в виду одно обстоятельство, а именно, что Русский язык был юридическим языком во всех судах без исключения, как в собственной Литве, так и на Жмуди до последних пределов Великого Княжества ... Bсе бумаги, выписи, запросы, тем же законом повелено писать "по-русски, словом и буквами Русскими, а не на ином каком либо языке, иными словами" (Статут Литовский, раздел 4, артикул 1) ...».

РЕМАРКА. Под собственно Литвой подразумевались только современные Гродненская и Виленская области (смотри подробнее «Границы Литвы и Жемайтии на средневековых картах»).

[10] Предисловие. Про район Вилкомира, современный Укмерге: «... Когда говорится о применении Русского государственного юридического языка к древней Жемайтии, естественно возникает ряд следующих соображений. Первым таким соображением вызывается вопрос: каким образом Литовская народная масса, которой Русский язык был чужд и незнаком, могла пользоваться им для своих юридических целей и нужд? В ответ на это скажем: во-первых, по Литовской территории, как указано выше, на подобие светящихся точек или мерцающих звездочек, то там, то здесь сидели древние Рyccкие поселенцы "земяне", которые долго могли сохранить свой язык и служить им в нуждах и Литовской темной народной массе. И, во-вторых, правители Литовского государства, вводя Русский юридический язык в Жемайтию, без сомнения, позаботились о том, чтобы приглашаемые и назначаемые сюда должностные лица, крупные и мелкие, все хорошо знали Литовский язык для обмена его с Русским языком ... Таким образом течение юридической жизни и для самого темного Литовца на русском языке совершалось совершенно спокойно и правильно, и в древних актах на это возражения и протеста не встречается ...».

РЕМАРКА 1. Вилкомир (современный Укмерге) в представлениях Летувисов расположен в Южной Аукшайтии, до этнической границы 1918 года с Беларусами примерно 50 километров, до этнографической зоны Жемайтия около 120 километров. Приписывая Вилкомир-Укмерге к Жемайтии авторы выражали стереотипное представление конца 19 века о том, что вся этническая Летува в древности и была "древней Жемайтией".

РЕМАРКА 2. Посредством "Рyccких поселенцев земян", которые "подобно светящимся точкам" способствовали распространению Славянской культуры в Жемайтии, Российская историография 19 века пыталась объяснить Славянскую сущность Литвы.

РЕМАРКА 3. Здесь при описании района Вилкомира-Укмерге присутствует очевидная синонимическая связка Литва – Жемайтия. Между "Литовской темной народной массой" и "самым темным Литовцем" автор ставит знак равенства.

[10] Предисловие. О районе Вилкимира-Укмерге. «... Видно, что Русский язык вошел в Жемайтию и был усвоен официальными служебными лицами в наиболее чистом своем виде ...». Там же «... В третьем соображении вы­ясняется то в высшей степени замечательное обстоятельство, что русским юридическим языком оказана величайшая услуга и польза всей Жемайтской земле  ...». Там же про Русский язык «... Так в древних актовых книгах Жемайтской земли, в настоящей [то есть Вилкомирского-Укмергского городского суда] и других пишутся ...».

РЕМАРКА. И в этих цитатах мы видим, что Жемайтия в лице Вилкомира это вся современная Летува, и что официальным языком в Жемайтии-Летуве в средние века был Славянский, которым пользовались Славяне Литвы.

[7] Предисловие. Стр. XXX. «... Статутом предъявлялось к писарю особое требование – чтобы он знал Русский язык и Русскую грамоту. "А писарь земский (тоже и о гродском) мает по-руску литерами и словы русскими все листы, выписы и позвы писати, а не иншим языком и словы" (Разд. IV, арт. I) ...».

РЕМАРКА. Предисловие писано не в отношении современной Беларуси, а в отношении территории современной Летувы – Вилкомира-Укмерге.

10.4. О СЛАВЯНАХ ЛИТВЫ

[18] Предисловие. «... обра­зование Ятвяго-Русской области, которая простиралась до устья Вилии, и переселения в нее великого множества жителей Русского происхождения ... Литовцы перенимали от Русских все, что считали для себя полезным. Они переняли Русский язык, письмена, обычаи, чиноположение, и без сомнения не одну статью из Русского законодательства ... Русский язык сделался языком двора и судебных мест, и остался таким, при дворе, до пресечения линии Ягеллонов, а в судах до 1699 года ...».

РЕМАРКА. "Ятвяго-Русская область" это Российский устаревший термин, которым в 19 веке пытались объяснить славянизацию Западных Балтов, в частности, Ятвягов (нынешняя Белостокская, Виленская и Гродненская области). Этот процесс славянизации было принято связывать только с «южным» Галицким и Киевским вектором. Термин утратил свое значение когда теория не смогла доказать стойкую связь Галиции и Киева с этими тремя областями в 10-13 веках. Напротив, современные знания позволяют утверждать обратное – постоянной иерархической связи с этими тремя областями у Галиции и Киева в 10-13 веках существовать не могло.

[18] Предисловие. «... Русские, в осо­бенности в продолжение Татарских нашествий, переходили в великом множестве в собственную Литву, строили себе жилища и православные церкви, населяли вновь воздвигаемые города Троки, Вильну и другие и распространяли свои поселения, язык и исповедание далеко за правый берег Вилии в самую глубину Жмуди ...».

РЕМАРКА 1. И здесь отчетливо проявляется политический заказ Российского Империализма. Описывая переселение Русских с Востока, тем самым Москва подготавливает обоснование для дальнейшего «освобождения» этих Русских из-под «Литовской оккупации». Под этими объяснениями также виден факт, который и пыталась объяснить Российская историография – откуда в Литве столько Славян, почему они говорят и пишут на Славянском и почему эти Славяне доминируют в ВКЛ. Славянскую сущность Вильни и Трок в России 19 века объясняли именно переселением Русских с Востока.

РЕМАРКА 2. В этой цитате еще раз прописана стереотипная для конца 19 века граница между Литвой и Жемайтией – это "за правый берег Вилии". А это и есть этническая граница между Беларусью и Летувой, которая еще в конце 19 века называлась Жмудью.

РЕМАРКА 3. Аукшайтия для Российских историков 19 века не существует – Литва с Вильней и Троками и многочисленными Славянами сразу переходит на правом берегу Вилии в Жемайтию, которая соответствует современной Летуве.

[10] ] Предисловие. Про район Вилкомира, современного Укмерге: «... Является вполне основательным предположение о поселении в старину на Жемайтской земле многих Русских людей и о превращении многих Жемайтских фамилий в Польские ...». Там же «... Польское влияние и начала Польской национальности, как противовес и враж­дебный элемент, направленное против Русского влияния и Русского государственного языка, уже ощутительно и наглядно выступали на Жемайтской земле еще в 16 столетии ...».

РЕМАРКА. Эти цитаты относятся к началу 18 века, когда происходила смена Литвино-Беларуского влияния на Жемайтию на Польское. Русский язык ВКЛ заменялся на язык Польский Речи Посполитой, но речи о замене языка в Жемайтии на Жемайтский даже не велось. Снова автор район современной Центральной Аукшайтии отождествляет только с Жемайтией.

[7] Предисловие. Стр. V. «... Западнорусский край, и вчастности г. Вильна, переживали в это время (1609 год) тяжелую великую смуту ...»

РЕМАРКА. Здесь Российский автор нам говорит, что в его время (конец 19 века) Вильня отождествлялась только со Славянами.

[7] Предисловие. Стр. XXIII «... Начало Копного суда, или Копы, скрывается в глубокой древности, когда славянские племена, населявшие нынешнюю северо- и юго-западную Россию ...». Стр. XXV «... Копа собиралась обыкновенно в центральном месте сельской общины, которое называлось коповищем и копищем, и занималась исследованием или решением дел под открытым небом ... Для исследования дел уголовного порядкакопа собиралась на месте преступления ...». Стр. XXVIII «... Копа, копный суд имел громадное значение для всех сословий не только в те отдаленные времена, когда еще не было писанных законов, но и после издания Литовского Статута. Это был суд народный, суд скорый и праведный ... Народ высоко ценил этот суд. Почетное имя народного представителя в этом суде было "муж" ... С изданием писанного закона копное право, копный суд не теряют своей силы и значения. Во всех трех изданиях Статута Литовского сельская община является не новым, но стародавним установлением ...».

РЕМАРКА. Этот набор цитат мы приводим с единственной целью определить ключевое историческое понятие "Копа" как понятие Славянское. Дело в том, что в Летуве этот термин приписывают себе. Этимология этого понятия является одной из самых простых – это синоним более современного слова "Копна" – копна сена, копна льна. Таким образом, "копа грошей" это не что иное, как "кучка денег", а копный суд происходит от понятия "сесть рядом", "сесть в кучу".

[7] Предисловие. Стр. XLI. «... Как ревниво и стойко охраняли Русские люди свои права, свой язык, как святыню от посягательств Польского правительства ... В 1576 году когда Король Стефан Баторий требовал к себе Браславскую шляхту листом, писанным на Польском языке, то шляхта, рыцарство воеводства Браславского послали Королю следующую челобитную: "... за постановлением Унии [Люблинской] листы с канцелярии Вашой Королевской Милости не инаким, одно Русским письмом мают бытии выдаваемы ..."».

РЕМАРКА 1. Браслав расположен на самом севере Витебской области.

РЕМАРКА 2. Что за "Русские люди" в Литовском Браславском воеводстве? Да не простые люди, а которые смели указывать самому Стефану Баторию на несоблюдение им законов? Да они же должны быть никем в Литве, над ними должны стоять некие "Литовцы", которые этих "Русских людей" покорили? Что-то этих самых "Литовцев" в описанном эпизоде вовсе не чувствуется, этим "Русским людям" из Браславского воеводства Литвы не требовалось никакого дополнительного согласия никаких Литовцев-Жемайтов.

[7] Предисловие. Стр. XLII. «... Во время царствования Ягеллонов, так как во всех правительственных учреждениях этого периода времени – в Литве, Украине, Подолии, Волыни и Червонной Руси – был в употреблении Русский язык ...». Стр. XLIII «... Элементарные начальные школы должны были появиться прежде всего в городах, где Русская речь с давних времен была господствующей, то мало заботясь о языке Литовском, тогдашнюю молодежь учили писать по-славянски, и в таком направлении общешкольное обучение еще долго велось. На Жмуди, где народ и до сих пор говорит исключительно на своем природном, родном языке, в единственной в то время [во времена Ягеллонов] Таурогенской школе обучали на Жмудском языке ...».

РЕМАРКА 1. Снова мы видим жирный знак равенства между понятиями "Литовский" и "Жмудский", то есть Литва это и есть летописная Жмудь-Жемайтия.

РЕМАРКА 2. Есть "Литва, Украина, Подолия, Волынь и Червонная Русь", нет Жмуди-Жемайтии и "так называемой Белоруссии". В контексте привязки перечисленных земель к Русскому языку Жмудь-Жемайтия по естественным причинам отсутствует, а под Литвой подразумевается Славянская Беларусь.

[7] Предисловие. на стр. XLV описано, что в школах под Россейнами-Рассейняем обучали Русскому языку.

10.5. О ЖЕМАЙТИИ, ЖМУДИНАХ И ЖМОГУСАХ

[13] Предисловие. «... Упитский городской суд обнимал собой пространство нынешнего Поневежского уезда Ковенской губернии, имея местопребывание в городе Поневеже. Ковенская губерния вся почти сплошь заселена коренными Литовцами, которые страну свою называют Жмудь, а себя Жмогусами. В этой местности, более чем в какой либо другой, занятой некогда Литовским племенем, население сохранило почти в нетронутом виде свои национальные особенности, свой язык и свой обычай, и охраняет эти особенности с усердием и ревностью, доходящими почти до фанатизма. В деревенской глуши с трудом можно объясниться по-русски, не смотря на влияние народной Русской школы и требования государственной жизни. Все женское население, особенно старшего возраста, почти поголовно не знает по-русски, Русского языка не изучает и даже относится к нему враждебно. И вот в такой то, можно сказать, архилитовской стране, в самой глубине Жмуди, мы встречаем в 16 столетии употребление Русского языка не только среди зажиточных и состоятельных классов населения, но и среди простолюдинов, деревенских жителей, мелких землевладельцев, шляхты, обращающихся в городской суд по своим делам. Чем и как можно объяснить такое ред­кое, небывалое явление? ...».

РЕМАРКА 1. "Архилитовской стране, в самой глубине Жмуди" – снова между Литвой и Жмудью ставится очевидный знак равенства, снова Литва 19 века ассоциировалась только с Жмудью-Жемайтией, снова мы не встречаем никакой Аукшайтии.

РЕМАРКА 2. Ковенская губерния была образована 18 декабря 1842 года именным Указом Российского Императора, данного Сенату № 16347 (общий порядковый номер) «О преобразовании Северо-Западных Губерний». Там четко указано: «... Для уравнения Северо-Западных Губерний Империи Нашей в пространстве и населении признать нужным образовать оные в новом составе. 1) Из Северных уездов нынешней Виленской Губернии: Тельшанского, Шавельского, Россиенского, Улитского, Новоалександровского, Вилькомирского и части Ковенского, составить новую Губернию под названием Ковенской с назначением города Ковно губернским городом ... Гродненскую Губернию образовать из остальных шести уездов сей Губернии: Гродненского, Волковысского, Слонимского, Брестского, Кобринского, Пружанского и трех уездов Белостокской области (Белостокского, Сокольского и Бельского) ...». Этот Указ все Жемайтские области объединил в Ковенскую Губернию, единственное исключение относится к Трокам: «... восстановить упраздненный город Троки, к уезду коего приписать все пространство нынешнего Ковенского уезда до черты местечка Румшишки, или до юго-западной оконечности вновь учреждаемой Губернии Ковенской ...». Дело в том, что этот район исторически населен преимущественно Жемайтами-Летувисами и решение о его присоединении к Виленской Губернии было продиктовано исключительно географическими соображениями: Троки намного ближе к Вильне, чем к Ковно. Таким образом, в конце 1842 года под видом Ковенской губернии были объединены все Жемайтско-Летувские земли.

РЕМАРКА 3. Авторы явно принимают желаемое за действительное: неужели они действительно верили, что «глухая Жмудь» конца 19 века 300-350 лет назад была более просвещенной и знала другой язык? Это очевидное заблуждение – в средние века Славянским языком Жемайты пользоваться и подавно не могли.

[13] Предисловие. «... Обращаясь к содержанию документов настоящего тома, мы должны заметить, что все они в общей сложности имеют большое значение для характеристики Литовцев Жмудинов 16 века ... Жмогус особенно привязан к земле, своей кормилице и из-за нее готов на все. Поссорившись из-за какого-нибудь клочка земли с чужим человеком или с близким родственником, Жмогус непременно затеет процесс и будет упорно добиваться своей цели, разорится до нищеты и решится на преступление ...».

РЕМАРКА 1. Очередная синонимизация Литовца и Жмудина – в конце 19 века это было не два, а одно лицо, третьего лица – Аукшайта – не существовало.

РЕМАРКА 2. Эта цитата наиболее ярко демонстрирует момент перехода исторического понятия "Жмогус-Жмудин-Жемайт" в современное понятие "Литовец". Эта цитата в совокупности с другими аналогичными доказывает, что в конце 19 века действовала формула "Жемайт = Жмудин = Жмогус = Литовец", все эти слова были синонимами, то есть только после этого времени за "Жмогусом-Жмудином-Жемайтом" закрепляется единое современное понятие "Литовец". В современном контексте полная историческая формула будет выглядеть следующим образом: "Жемайт = Жмудин = Жмогус = Литовец = Летувис".

[13] Предисловие. «... Когда Тевтоны покончили с Литовским племенем Пруссами, настала очередь Жмуди ...».

РЕМАРКА. Для Российских историков 19 века все Балты (не Славяне) были Литовцами. Это очевидное заблуждение историографии 19 века, это заблуждение ввиду своей очевидности давно не обсуждается.

[10] Предисловие. О районе Вилкомира, современного Укмерге. «... Древнее Жемайтское Княжество, Жемайтская земля, или сокращенно Жемайть, что в Русском переводе означает низовая, низменная земля, пред­ставляло темную, малоизвестную область, до которой просвещение туго дохо­дило. Поэтому, взятые из этой област

Сделать бесплатный сайт с uCoz