![]() |
ВЫ НАХОДИТЕСЬ НА САЙТЕВЕЛИКОЕ КНЯЖЕСТВО ЛИТОВСКОЕ КАК ИСТОРИЧЕСКОЕ НАСЛЕДИЕ БЕЛАРУСОВ В МАЛОИЗУЧЕННЫХ ЛЕТОПИСЯХ
ПЕТР ИЗ ДУСБУРГАХРОНИКА ЗЕМЛИ ПРУССКОЙCHRONICON TERRAE PRUSSIAEВОЙНА С ЛИТВОЙ |
! ! ! САЙТ ПЕРЕЕХАЛ НА ! ! !DODONTITIKAKA.UCOZ.COM
При прочтении «Хроники земли Прусской» глазами современного читателя, отошедшего от «советских» догм и «партийности» историографии, совершенно по другому должны использоваться содержащиеся в ней этнографические данные. Эти ссылки Петра из Дусбурга (далее – Петр) должны рассматриваться только в контексте анализа труда в целом при обязательной верификации этих этнографических данных с позиций ответа на вопрос: а компетентен ли был Петр, вдаваясь в этнографические подробности? То, что мы хотим вынести на обсуждение настоящими исследованиями, это именно этот ключевой тезис: некоторые этнографические постулаты Петра, ставшие в Царские и Советские времена стереотипными догмами, которыми бессовестно пользуются в Летуве, подлежат существенной корректировке, так как Петр, записывая их, был совершенно некомпетентен.
1. ВВЕДЕНИЕОбщий анализ труда, автора, места написания и исторической ценности «Хроники земли Прусской» смотри здесь на странице «Петр из Дусбурга. Хроника земли Прусской. Война с Пруссией».
2. О ЛИТВИНАХСразу начнем с ключевой фразы: о Литвинах как об этносе Петр практически ничего не написал, так как – и это становится очевидным после первых строк – он о них ничего не знал. Бросается в глаза вопиющая разница в описаниях Пруссов и Литвинов: если первым автор посвятил отдельную главу и неоднократно возвращался к их пространному описанию в ходе повествования, то вторых он «одарил» отдельными разрозненными фразами, разбросанными по всему тексту. В попытке ответить на простой вопрос – какими Петр представлял себе Литвинов в начале 14 века? – мы впервые сталкиваемся с его очевидной некомпетентностью. Некомпетентностью и неосведомленностью до такой степени, что в конце повествования у читателя не может не возникнуть вопрос – а видел ли Петр, всю жизнь проведший в Кенигсбергском Христианском Храме, хоть раз в жизни перед собой Литвина? 2.1. МОРЕХОДЫЛитвины, как и Пруссы и Западные Славяне, описаны как прекрасные военные мореходы. В 1294 году «... язычники [Литвины], видя это, встретили их с оружием в руках, и, когда завязался бой на воде ...». В 1313 году «... Король Литвинов ... послал знатного и воинственного человека Сурмина с сотней кораблей, на которых было более 600 человек и сто коней ...», тогда же разыгралось значительное военно-морское сражение на Немане, в котором Литвины оказались победителями. 2.2. ВОЕННЫЕ ИНЖЕНЕРЫВ 1315 году «... Витень, Король Литвинов ... осадил Христмемель и в течение 17 дней с двумя камнеметами ... штурмовал сильнейшими ударами ...». В данном случае камнеметы указаны только потому, что Петр про них слышал. Отсутствие подобного рода обстоятельств в других аналогичных местах объясняется чрезвычайно просто – автор об этом не имел никакого представления. 2.3. ЖРЕБИЙ-ГАДАНИЕОбычай предсказания своей судьбы единодушно указывают все хронисты того времени при описании языческих народов, начиная от Западных Славян от Эльбы, включая Вильцев-Лютичей-Велетов, через Пруссов и Литвинов до Латгалов современной Латвии. Описан он и Петром, что ставит Литвинов в один общий языческий ряд с другими народами Балтийского моря. 24 июня 1290 года 26 Литвинов из Жемайтского замка Оукайм вышли на Тевтонский замок Раганиту. «... Когда они приближались, то, бросив жребий по обычаю их, узнали, что успех не будет сопутствовать им. Вот почему они тут же начали отступление ...». В том же 1290 году во время нападения на Польшу «... первый Литвин в войске, бросив жребий, воскликнул: "Горе нам! Плохо пойдет наше дело!" Вождь прикрикнул на него, чтобы замолчал ...». В 1323 году «... когда Литвины, гонясь за ними, пришли к месту, где братья устроили засады, то один, бросив жребий по обычаю языческому, воскликнул громким голосом: "Быстро уходим! Здесь засады тевтонов" ...». 2.4. ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЯПетр описал единственный случай человеческих жертвоприношений. В 1320 году в Жемайтской волости Меденнике «... брата Герхарда по прозвищу Руде, фогта Самбийского, облаченного в доспехи и верхом на коне, они сожгли, принеся в жертву своим богам ...». По поводу этой цитаты надо привести необходимые пояснения. Во-первых, данный факт никем не подвергается сомнению, так как Петр единодушно не относится к тем источникам, которые позволяли себе недопустимые вольности с целью искусственной демонизации объекта описания. Во-вторых, это происходило в самом центре Жемайтии, Литвины в контексте эпизода не упоминаются, Петр употребляет выражение «... язычники этой волости ...». По поводу этого эпизода мы делаем отдельное заключение о противопоставлении Жемайтов и Литвинов (смотри ниже отдельный раздел), а по поводу человеческих жертвоприношений констатируем, что это связано только с Жемайтами, Литвины к нему не имели никакого отношения. 2.5. САМОПОВЕШЕНИЕВ главе, описывающей нравы и обычаи Пруссов, Петр единожды указывает, что «... когда по неожиданному стечению обстоятельств они [Пруссы] сталкиваются с непреодолимыми трудностями, то обычно кончают самоубийством ...». Больше в отношении Пруссов таких фактов в «Хронике земли Прусской» не приводится, зато при описании Литвинов мы имеем три подобных упоминания. В 1290 году «... другие [Литвины] бежали [от крестоносцев] и в какой-то пуще повесились от тоски ...». В 1301 году «... одни из них [из Литвинов] утонули на пути, другие умерли от голода, прочие повесились с тоски ...». В 1311 году «... некоторые [Литвины] утонули, остальные в пуще умерли от голода или погибли, повесившись с тоски ...». Во-первых, сразу бросается в глаза, что Петр сам лично ни разу не был свидетелем таких поступков, эти эпизоды он писал со слов других. По контексту повествования складывается однозначное впечатление, что Петр всецело находился в плену этого стереотипа и ни разу не подвергал его сомнению, хотя лично это подтвердить никак не мог. Во-вторых, контекст эпизодов таков, что свидетелей самоповешения не могло быть. Поэтому мы заключаем, что такая характеристика как склонность к самоубийству через повешение, скорее всего, сильно искажена и утрирована в десятки раз. Все это не более чем болезненный стереотип Петра, приведший к тому, что единичные подобные случаи в его труде превратились в повсеместное правило. 2.6. ЯЗЫЧНИКИНу и, конечно, самое главное: все Литвины и вся Литва по ходу повествования представляются нам закоренелыми язычниками. Для краткости приведем только один пример, который наглядно демонстрирует, что Литвины и вся Литва в представлениях Петра была языческой: в 1323 году «... Литвины ... взяли шесть тысяч человек обоего пола [в Княжестве Добжиньском], одних убив, а других предали прискорбному уничтожению, уведя в вечный плен к своим язычникам ...». Особо подчеркнем, что упоминаний о каких-то Христианских элементах на территории Литвы в «Хронике земли Прусской» нет, и это касается и Гродно, и Новогрудка (смотри ниже отдельный раздел).
3. КРАТКАЯ ИСТОРИЯ3.1. ПЕРВОЕ УПОМИНАНИЕ О ЛИТВИНАХКогда летом 1260 года караван Ордена с провизией и «... сильным войском ...» шел к Георгенбургу, гонец доложил, «... что 4 тысячи Литвинов разоряют некую часть земли Куронии огнем и мечом и проливают кровь многих Христиан и увели взятых в плен женщин и детей со множеством другой добычи ...». Тут же «... пришли Курши, смиренно прося, чтобы, если Бог пошлет Христианам победу, они вернули бы им женщин и малых детей ...». Удивительное дело, но братья из Ордена, добродетельные Христиане, под натиском «... простолюдинов Прусских и Ливонских ...» им в этом отказали, решив, что «... поступят с пленными их по обычаю, до сих пор соблюдаемому в войне ...». То есть это будут уже их пленные! «... Из-за этого Курши затаили такую злобу против веры и массы Христиан, что, когда братья начали сражаться с Литвинами, они, словно вероотступники, обрушились на Христиан с тыла ...». И 13 июля 1260 года «... свершилась там великая битва, и многие пали с каждой стороны ...». Крестоносцы «... потерпели поражение, ибо вся сила войска их была подорвана бегством пехоты, и пали в этом сражении ... в земле Куршской, в поле близ реки Дурбин, брат Бурхард, магистр Ливонии, и брат Генрих Ботель, маршал Пруссии, а с ними 150 братьев, а из народа Божиего такое множество, что о количестве их я не слышал ...». А Литвины «... усилились ... множеством военной добычи, коней и оружия, награбленным у стольких тысяч убитых, и ныне торжествуют в силе своей ...». Таким образом, Тевтонский Орден официально запротоколировал словами своего официального летописца Петра из Дусбурга первое вооруженное столкновение с Литвой Литвинов 13 июля 1260 года, и случилось оно в Битве в земле Куршской. Именно в этом 1260 году впервые исторически достоверно обозначилось военное противостояние Тевтонского Ордена и Литвы. 3.2. ВТОРОЕ УПОМИНАНИЕ О ЛИТВИНАХОно относится ко времени второго Прусского восстания 1260-1273 годов, дата не уточняется и ее по тексту установить невозможно. Мы предполагаем, что это случилось в самом начале этого восстания в 1260-1262 годах, когда это восстание было на подъеме: «... Тринота [Тройнат], сын Короля Литовского, присоединив к себе многих других воинов-язычников, собрал для битвы почти 30 тысяч человек и, приблизившись к земле Прусской, разделил войско свое на три отряда, один из которых он послал на Мазовию, другой – на Помезанию, и обе земли разорил огнем и мечом. Остальные вторглись в землю Кульмскую ...». Разбор этого важного эпизода вынесен в отдельную главу о военных союзах (смотри ниже). 3.3. ТРЕТЬЕ УПОМИНАНИЕ О ЛИТВИНАХОно по хронологии относится Петром к событиям 1276-1278 годов, но противоречит Ипатьевской летописи, относящей это событие к 1268 году: «... сильное войско Литвинов вторглось в Польшу и, опустошив огнем и мечом пограничье Брестское [Брест Куявский], Ленчицкое и Добжиньское, произвело такое побоище Христиан, убивая и захватывая в плен, что никто не мог точно установить количества их ...». Сразу после этого «... 800 всадников из Литвы разрушили в той части Польши, которая называется Керсов, 10 деревень и, убив многих христиан, ушли с большой добычей ...». 3.4. ЧЕТВЕРТОЕ УПОМИНАНИЕ О ЛИТВИНАХ«...В год от Рождества Христова 1283 800 всадников из Литвы зимой по Нерии Куршской [Neria Curoniensis – река] вторглись в Самбийскую землю и две ее волости, а именно Абенду и Побету, разорили огнем и мечом, убив 150 христиан, и так как никто не оказал им сопротивления, все они ушли целые и невредимые ...». В этом же и следующем году чтобы «... по Нерии, дороге ниоткуда не видимой ... Литвины не вторглись внезапно в землю Самбии ...» Орден строит мощный замок Нейхауз – в оригинале «Nova domus» или «Castrum novum», что означает буквально «Новый дом» или «Новый замок». 3.5. НАЧАЛО СИСТЕМНОЙ ВОЙНЫ«... В год от Рождества Христова 1283, в то время, когда от начала войны с народом Пруссов протекло уже 53 года и все народы в упомянутой земле были побеждены и уничтожены, так что не уцелело ни одного, который бы смиренно не склонил выю свою пред священной Римской церковью, вышеупомянутые братья дома Тевтонского начали войну с тем народом, могучим и упрямым и закаленным в сражениях, который был ближайшим к земле Прусской и жил за рекой Мемелем в земле Литовской, и вот как ...». Таким образом, Петр проставляет в качестве даты начала системной войны Тевтонского Ордена с Литвой 1283 год. Все четыре выше приведенных столкновения Литвинов с Орденом носили эпизодический характер, который четко обозначил их крайнюю недружелюбность друг к другу. Эту дату подтверждают другие исторические документы, указывающие, что с 1283 года экспансия Ордена стала распространяться на запад в Поморье (для обеспечения связи с Бранденбургской маркой – бывшей территорией Полабских Славян) и на восток в Жемайтию (для обеспечения связи с Ливонским Орденом). 3.6. ПЕРВЫЕ ПОХОДЫПетр начинает хронологию войны с Литвой в том же 1283 году, когда войска магистра Пруссии штурмовали замок Бисену на правом берегу Немана в Жемайтии, и «... наконец мощно вторглись в него и, одних взяв в плен, других убив, обратили его в пепел ...». Разграблению подверглась и волость этого замка, откуда армия крестоносцев, «... учинив большой пожар, воротилась с огромной добычей ...». В следующем 1284 году магистр Пруссии совершает удачный поход на Гродно, куда «... братья вторглись мощным натиском и, всех убив или взяв в плен, сожгли замок. После этого 1800 человек вошли в волость упомянутого замка, опустошая все вокруг огнем и мечом, и, взяв в плен и убив многих людей, они ушли с огромной добычей ...». 3.7. ОБМЕН ОДИНОЧНЫМИ УДАРАМИВойна с ВКЛ сводилась к коротким точечным выпадам на пограничных землях, системных завоевательных походов не было, шла тактическая приграничная война. Обоюдные вылазки были немногочисленными. Весной 1289 года магистр Пруссии на Жемайтском берегу Немана «... построил замок Ландесхуте, что значит в переводе "страж земли", но ныне всеми зовется Раганита ...». Именно этот замок в дальнейшем послужил основным форпостом Ордена в войне с ВКЛ. В том же году Литвины в течении 14 дней опустошают Самбию, на следующий год крестоносцы штурмуют Жемайтский замок Колайне. В 1290 году «... Иесбуто, Литвин, с 500 доблестными мужами вошел в Польшу и помимо многого зла, которое там сотворил, забрал с собой огромную добычу ...». Год спустя крестоносцы сжигают пустой Жемайтский замок Колайны, затем, «... проследовав в волость Юнигеду, потревожили ее огнем и мечом ...». В том же году крестоносцы атакуют замок Медераба и, «... с боя захватив его, всех взяв в плен и убив, они до основания сожгли его огнем пожара ...», после чего нападают на две волости в Жемайтии, «... опустошив их великим пожаром ...». 3.8. ПОЛЬСКИЕ ДЕЛАВ 1291 году Витень, сын правившего тогда в Литве Пукувера-Будивида, пошел на Польскую Куявию «... с большим войском ... [и] нанес там большой ущерб убийством и пленением людей, огнем и мечом ...». Разорение было таким сокрушительным, что Князь Куявии «... обратился к брату Мейнике, магистру Пруссии, за помощью ...». 6 июня 1293 года Витень с 800 воинами нападает на Ленчицкую землю Польши, где «... убил в церкви 400 человек Христиан ... церковь со святынями превратил в пепел, и, опустошив прилежащую к ней землю и произведя великое побоище народа Божиего, он увел в плен такое множество, что при дележе каждому Литвину досталось 20 христиан ...». Под страхом опустошительных набегов в 1293 году Князь Ленчицкий Казимир «... заключил перемирие между Христианами и язычниками, и, когда Поляки между тем, ничего не опасаясь, занимались разными делами, Литвины, нарушив договор о перемирии, напали на них и убили Князя Казимира и всех людей, кроме одного-единственного рыцаря ...». В 1294 «... году Болеслав, князь Мазовии, отринув страх перед Богом, в знак презрения Бога и в немалый ущерб и тяготу христианам не раз давал приют врагам веры, Литвинам, в замке своем Визне, позволяя им разорять землю Пруссии и Польшу ...». В ответ на это магистр Пруссии, «... собрав множество воинов, захватив упомянутый замок, до основания спалил его ...», который в следующем году был восстановлен совместными Польско-Литвинскими усилиями. На основании этих записей можно сделать вывод о том, что первые шаги по формированию Польско-Литвинского союза были сделаны именно в 1293 году, когда Мазовия фактически заключила с ВКЛ дружественный союз. 3.9. ИЗМАТЫВАЮЩАЯ РЕСУРСЫ ВОЙНАДля Ордена походы на Литву обходились недешево, о чем Петр свидетельствует, что в 1293 году Прусский «... магистр, не щадя ни себя, ни своих людей, ни сил, ни расходов, ... собрав всю силу войска своего, пошел на замок Юнигеду и напал на него ...». В результате таких затрат ресурсов замок захвачен не был, было сожжено только «... два предместья упомянутого замка ...». Война, начавшаяся с обмена опустошительными набегами, продолжается в том же духе, происходит обмен осадами замков с опустошением волостей. В 1294 году крестоносцами из Раганиты организован целый каскад походов на правый берег Немана. Разоряется волость Жемайтии Пограуда так, что «... жители Пограуды были настолько ослаблены, что долгие годы не могли обрести прежние силы в коннице ...». В ходе последовавшего за этим похода на Жемайтскую область Вайкен крестоносцы «... из засад уничтожили много нобилей ...». В результате карательных походов комтур Раганиты «... заставил всех Литвинов, живших на берегу Мемеля ... заключить мир с Христианами на тех условиях, чтобы они давали ему каждый год определенную подать ...». В ответ в том же году Литвины, напав на Раганиту – самый укрепленный и многочисленный замок Ордена, «... захватили всех коней братьев и скот. И после, ближайшей осенью, они разрушили предместья обоих замков, а именно Раганиты и Скаловского ...». 3.10. ВОССТАНИЕ НАТАНГОВ 1295 ГОДАОно совпало с ухудшением отношений Ордена с Польшей и, в частности, с Мазовией. В 1295 году магистр Пруссии «... повелел всем своим подданным, от старшего до младшего, готовиться к войне ...» с Мазовией, но «... Натанги по наущению диавольскому возобновили привычное зло, снова совершили грех вероотступничества ...». Одна часть войска Натангов «...тайно и коварно пошла на замок Бартенштейн ...», захватив его, другая « ...похитила из волости Склуниен коней братьев из Кенигсберга. Остальные, рассеявшись по земле, убивая мужчин Тевтонских, захватывали их женщин и детей, нанося церквам и церковным святыням и служителям немалый ущерб ...». В это же время «... Самбы, и особенно крестьяне, составили заговор, чтобы убить всех своих нобилей, а после с оружием в руках напасть на братьев и Христиан ...». Но пойманный крестоносцами вождь Самбов «... выдал все тайны этого вероотступничества и поименно главных зачинщиков ...». Восстание длилось недолго, уже через несколько месяцев не без помощи предательства, Натанги и Самбы, «... движимые раскаянием, они вернули коней братьев из Кенигсберга, обещая, что будут преданно принадлежать вере и братьям. Другие вернули пленников, и вот земля Натангии успокоилась в мире ...». 3.11. ПРОДОЛЖЕНИЕ ИЗМАТЫВАЮЩЕЙ ВОЙНЫЗимой 1296 года крестоносцы штурмуют приграничный замок Кимель в Жемайтии, и, «... мощным натиском войдя в него, убив жителей, они, разведя огонь, дотла сожгли его ...». В том же году они «... вошли в волость и предместье упомянутого замка Гарты [Гродно], разорили его огнем и мечом и увели в плен 200 человек, не считая убитых ...». А в это время «... Король Витень с великим множеством Литвинов вошел в землю Ливонии, чтобы сражаться с братьями ...». В ответ на этот поход, чтобы помочь Ливонскому Ордену, Тевтонцы снарядили войско для «... комтура Балги, чтобы с упомянутым войском он пошел на Литву разорить землю упомянутого Короля ...». Комтур Балги, «... напав на замок Гарту, встретил такой отпор со стороны жителей замка, осыпавших его дождем стрел, что, поскольку многие Христиане были тяжело ранены, он вернулся ни с чем ...». Литва не осталась в долгу – «... после этого войско Литвинов вошло в землю Кульмскую и близ замка Голубы [в Мазовии] разграбило пять деревень, взяв в плен и убив там многих Христиан ...». 3.12. РИЖСКИЕ ДЕЛАИзначально Рига принадлежала Рижскому Епископату, Тевтонский орден же стремился к усилению своей власти над городом, но этому препятствовали сами жители Риги. Апогей противостояния приходился на 1297 год, когда Тевтонцы методами войны пытались навязать Риге свою власть, в том числе отрезать город от моря. Жители Риги с фактического согласия Рижского Епископа вынуждены были искать защиты в военном союзе с Великим Князем Литовским Витенем. Витень, дойдя до Балтийского моря в районе устья Даугавы, разгромил войско Тевтонцев, в ходе которого «... из рук врагов [Литвинов] были освобождены почти три тысячи Христиан, а со стороны язычников было убито 800, Король [Витень] все же взял верх и убил магистра с 22 братьями и 1500 христианами ...». 3.13. И СНОВА ПОГРАНИЧНАЯ ОПУСТОШИТЕЛЬНАЯ ВОЙНАПосле успешного похода Витеня в Ливонию возобновляется приграничная опустошительная Тевтонско-Литовская война. В 1298 году «... 140 человек из Литвы так внезапно ворвались в день святого Михаила [29 сентября] в город Штрайсберг [в Кульмской земле], что убили всех людей и одного священника ...». В ответ крестоносцы нападают на Жемайтские «... замки Юнигеду и Писту, дотла разрушив их предместья огнем ...». Литвины не остаются в долгу и «... 600 человек из Литвы пошли на Наттангию ... и, разорив большую часть ее огнем и мечом, они убили и взяли в плен 250 Христиан ...». В 1300 году «... шесть тысяч Литвинов опустошили Княжество Добжиньское, убивая, хватая, а что могло заняться огнем, сжигая ...». Каждый год совершалось по нескольку таких взаимных вылазок. В 1304 спустя 32 года вновь в Пруссию съезжается вооруженное подкрепление, «... пилигримы из Алемании ... снова начали посещать Прусскую землю ...». Тут же комтуром Кенигсберга организуется вторжение в Литву, «... на волость замка Гарты [Гродно], которую разорил огнем и мечом ...». Одновременно разоряется целая волость Жемайтии. В конце августа 1305 года происходит сражение между войсками Витеня и фогта Самбии, а годом позже крестоносцы, когда Литвины ходили в поход на Польшу, сожгли предместье Гарты-Гродно «... которое в ту пору было большим и заселенным наподобие города ...». Следом за этим другое войско в надежде, что «... поскольку предместье разрушено, ему легче будет захватить замок, с сотней братьев и шестью тысячами всадников напал на упомянутый замок Гарту. Но Король Литвы [Витень], услышав о разрушении предместья этого замка, послал лучших мужей и многих, испытанных в сражениях, для обороны ...». В 1307 году в Пруссию прибыло новое подкрепление из Германии «... и зимой было снаряжено огромнейшее войско для отмщения за поругание Распятого против племени Литвинов, однако они не смогли выступить, потому что лед был тонок ...». Именно 1307 год стал первым, когда против ВКЛ снаряжаются походы с привлечением военных сил из Германии. В 1309 году столица Тевтонского Ордена официально переносится из Италии в Мариенбург. 23 февраля 1311 года «... Витень, Король Литвы, с огромнейшим войском опустошил Самбию и Наттангию огнем и мечом ... Сразу же после ухода Короля и его войска ... комтур Кенигсберга, следуя с большим войском по тому пути, по которому прежде прошел упомянутый Король, ... вошел в волость Пограуды и содеял великое побоище людей, убивая и грабя ...». В том же году крестоносцы «... вошли в волость Гарты [Гродно], убивая и забирая в плен многих людей ...». Ответ последовал незамедлительно. 3 апреля 1311 года «... Витень, король Литвы, думая, что все по его желанию должно принадлежать ему, как прежде, с 4 тысячами лучших людей вошел в землю Пруссии и настолько разорил Вармийский епископат, что не оставил ничего за пределами замка и укреплений, что не было бы сожжено, захвачено или убито ...». 3.14. САМОЕ ГЛУБОКОЕ ПРОНИКНОВЕНИЕ2 июля 1311 года случилось самое глубокое проникновение Тевтонского Ордена в пределы ВКЛ. «... Великий комтур, и 150 братьев с сильным войском и двумя тысячами пехоты отправились на Литву и волость, называемую Сальсеникка, где никогда не видано было Христианского войска ...», и путь их был через Гарту-Гродно. Сальсеникка (Salsenicka) – до 1940 года Шальчинишки, после 1940 года Шальчининкай, лежит прямо на границе Летувы и Беларуси на трассе Вильня-Лида. Это почти посредине между Новогрудком и Вильней, или между первой и второй столицами ВКЛ. Крестоносцы, «... разоряя все вокруг огнем и мечом, а также спалив три замка ... братья с огромнейшей добычей и, захватив 700 человек, ушли ...». 3.15. ВОЕННО-МОРСКИЕ ДЕЛАС 1311 по 1313 год Петр не зафиксировал ни одного боевого действия. В апреле 1313 года рядом с опорным стратегическим замком Раганита крестоносцами был сооружен замок Христмемель (буквально – Христос на Немане), во время строительства «... многие суда братьев, снаряженные провизией и прочим, необходимым для строительства замков, потерпели кораблекрушение, а четыре брата и 400 человек утонули ...». После неудачной попытки штурма Жемайтского замка Бисены в том же 1313 году «... комтур Раганиты повелел построить себе военный корабль с укреплениями и многие другие суда ...» и пошел на Жемайтские замок Юнигеду, но сильный ветер отнес суда Ордена к берегу. «... Увидев это, жители замка с оружием в руках напали на корабль ...», но крестоносцам удалось спастись. «... Король Литвинов, до которого донеслась молва об этом корабле, разгневался, а с ним – вся Литва ...» и он «... послал знатного и воинственного человека Сурмина с сотней кораблей, на которых было более 600 человек и сто коней ...», которые «... напали на корабль ...» крестоносцев и захватили его. 3.16. НАЧАЛО ОТВОЕВЫВАНИЯ ЖЕМАЙТИИПетр не указывает границ Ордена с Литвой, кроме Немана, но надо полагать, что с 1314 года Орден стал постепенно овладевать Жемайтией. Так, именно в этом году «... маршал, с братьями и людьми из Самбии и Наттангии ...» дважды проходили с «... огнем и мечом ...» по волости Меденикки, которая расположена далеко к востоку от Немана. До этого времени таких глубоких проникновений Ордена в Жемайтию не отмечалось, но с 1314 года такие проникающие походы стали постоянными. 3.17. НОВОГРУДСКИЕ ДЕЛАВ сентябре 1314 года «... маршал со всей силой войска своего пришел в Кривичскую землю и тот город, который зовется Малой Ногардией [Новогрудок], взял и до основания разрушил; а землю вокруг изрядно попортил огнем и мечом ...». Но сам Новогрудский замок остался неприступен, несмотря на то, что Орден «... мощно штурмовал его, так что с обеих сторон некоторые были убиты, а многие смертельно ранены. Но поскольку этот штурм был безуспешен, они отступили ...». Именно в сентябре 1314 года автор знакомит нас с Давидом, «кастеляном Гарты», то есть с Давидом Гродненским, градоначальником Гродно. Именно он со своим отрядом организовал пропажу с первого лагеря крестоносцев «... 1500 коней, хлеб, а также часть налитков и прочего, что они там оставили ... Когда разгневанные братья пришли ко второй стоянке и там тоже не нашли совсем ни хлеба, ни прочего, что было оставлено ...». Оставшись без припасов войско Ордена вынуждено было возвращаться, в ходе отступления «... одних голод вынудил есть своих коней, других – травы и их корни, третьи умерли от голода, многие, ослабев от голода, умерли по возвращении ...». 3.18. УСИЛЕНИЕ ПРИГРАНИЧНОЙ ВОЙНЫОтвет Литвинов последовал зимой 1315 года, когда «... Литвины из Жемайтии со всей силой войска своего незаметно и неожиданно пришли к замку Раганита ...», под стенами которого они выиграли битву, но замок взять не смогли, только «... потравив и погубив хлеба в поле обоих замков, а именно Скаловского и Раганиты они ушли ...». В том же году в сентябре «... Витень, Король Литвинов, собрав всех людей Королевства своего, способных сражаться, осадил Христмемель и в течение 17 дней с двумя камнеметами и многими лучниками со всех сторон штурмовал сильнейшими ударами ...». За этим ответом Литвы последовал ответ Ордена. Магистр, «... разгневанный осадой упомянутого замка ...» с 6 тысячами человек «... пришел ночью к замку Юнигеда, и, войдя в его предместье ... до основания уничтожил его пожаром ...». Зимой 1316 года «... маршал с великой силой всадников внезапно вошел в волость Пастовию и всю ее опустошил огнем и мечом ...». Весной того же года с помощью прибывших с Рейна войск Орден дважды «... пошел на волость Меденикку и разгромил ее ...», сжег замок Бисену. В течение последующих двух лет неоднократному нападению подвергаются приграничные Жемайтские замки. Весной 1319 года «... Давид, кастелян Гарты [Гродно] ... вошел в волость Пруссии, называемую Вохеншторф, и, спалив немного домов, ушел с великой добычей, состоящей из людей и прочего ...». 27 июля 1320 года во время очередного похода в Жемайтскую волость Меденнику «... язычники этой волости ... нанося удары со всех сторон, многих убили, то убили наконец и брата Генриха, маршала, с 29 братьями и многих людей ...». В 1322 войска Ордена с помощью очередного мощного подкрепления из Германии «... вошли в волость Вайкен, разрушая огнем и мечом как замки, так и прочие строения, они учинили такое побоище людей тех, что даже мочащийся к стене там не уцелел. На другой день они вошли в волость Руссигену, а на третий день – в волость Ариогалу и обе разорили пожаром ...». 3.19. ВЫДАЮЩАЯСЯ ПОБЕДНАЯ СЕРИЯВ 1322-1323 годах мы видим полосу наивысших военных удач Литвинов в войне с Орденом. В 1322 году «... Литвины с великим множеством народа вошли в землю Ливонии, и, кроме прочего урона, который они нанесли в епископате Дерптском огнем и мечом, они убили более пяти тысяч Христиан и увели в вечный плен ...». Годом позже «... Давид, кастелян Гарты, с войском Литвинов вошел в Ревель, землю короля Дании [в Ливонии], и, кроме прочего безмерного урона, нанесенного им упомянутой земле огнем и мечом, взял в плен и убил свыше пяти тысяч знатных Христиан, женщин, девушек и других людей обоего пола ...». Этот совместный со Псковом поход состоялся во главе с Давидом Гродненским, который одновременно являлся и Князем Пскова и кастеляном Гродно. 12 марта 1323 года «... Литвины из Жемайтии с войском своим взяли град Мемель ... сам город и три ближайших замка новообращенных, лодки и прочие суда и все, что могло быть взято огнем, кроме только замка, в котором жили братья, они обратили в пепел ...». 2 августа того же года «... Литвины вошли в землю Самбии и в волости Вилов сожгли шесть деревень и ... увели женщин и детей с прочей добычей ...». 14 сентября 1323 года «... Литвины, видя, что все совершается по их желанию, снова собрав сильное войско, пошли на Княжество знатной матроны, княгини Добжиня, и взяли шесть тысяч человек обоего пола ...». Кроме этого были убиты 600 христианских проповедников и их учеников, «... также 10 приходских церквей и стольный град упомянутого княжества, называемый Добжинь, взяв в плен и убив в нем две тысячи христиан, и все деревни княжества разрушили огнем пожара ... земля упомянутого княжества от вышеозначенного урона едва ли когда-либо смогла оправиться ...». Петр подводит скорбный итог такого победоносного шествия Литвы: « ... несомненно, следует страшиться и печалиться, что из-за разгрома этого Княжества [Добжиньского] язычникам открылся более легкий доступ в пределы Христианские, ближние и соседние. Вот какое зло вере Христианской и Христианам явилось на протяжении полутора лет, ибо почти 20 тысяч Христиан было убито язычниками и уведено в вечный плен, и многие города и замки были до основания разрушены ...». В ответ на все это «... три брата и 600 человек из Наттангии напали на ... поместье, Давида, кастеляна Гарты, и дотла сожгли его ...». Это максимальные успехи Литвы в ее борьбе с Орденом, когда мы видим каскад весомых побед как у себя в стране, так и в соседних Ливонии, Польше и Пруссии. 3.20. МИР С ЛИВОНИЕЙПосле победоносной серии вторжений в 1323 году, видя реальную угрозу со стороны окрепшей Литвы, многочисленные послы Папы Иоанна 22-ого «... пришли в город Рижский ...», где «... заключили мир между упомянутыми Королями и их подданными [Архиепископом Рижским, городом Ригой с Папой] ...». Создалась Ливонская коалиция, имевшая целью заключить мирный договор с Литвой, а также «... чтобы они крестили Короля Литвинов и Рутенов [Гедемина] ...». «... После этого легаты послали официальных гонцов к Гедимину, Королю Литвинов, чтобы предложить ему дело, порученное им Апостольским престолом, и тщательно разузнать, не собирается ли он с народом Королевства своего принять благодать Крещения и, порвав с идолопоклонством, смиренно почитать имя Господа нашего Иисуса Христа ...». И был заключен «... договор между язычниками и Христианами [то есть между Ливонией и ВКЛ] ...», положения которого были скреплены отдельной грамотой от 20 октября 1324 года, в которой «... повелели властью Апостольской строго соблюдать его, прибавив, что, кто бы ни нарушил случайно этот мир ... подлежит за это приговору отлучения [от Церкви] ...». 3.21. ДЕЛА МАЗОВЕЦКИЕОсобо отметим, что Тевтонский Орден и Польша в Ливонскую коалицию не входили, никаких договоров с Литвой не заключали, что и послужило поводом к дальнейшим трагическим последствиям в Мазовии. Когда «... братья и прочие Христиане земли Ливонии и Пруссии и других соседних пределов неколебимо верили, что не должны отныне вести сражения, и уже думали перековать мечи свои на орала ...», Гедемин, «... все свои усилия обратил на погибель веры и Христиан [и] повелел, чтобы Давид, его кастелян Гарты, с сильным войском вошел в землю Мазовии ...» 21 ноября 1324 года. Там войском Литвинов было устроено настоящее побоище: «... город Епископа Плоцкого, называемый Полт [Площе], и 130 деревень упомянутого Епископа и Князя Мазовии, и многие поместья служителей церкви и знати, и 30 приходских церквей и часовен со многими молельнями, посвященные во славу Божию, разгромили огнем и мечом ... людей обоего пола уничтожили они свыше 4 тысяч, одних убивая, других уводя в вечный плен ...». 3.22. ДЕЛА ЛИВОНСКИЕДнем позже, 22 ноября 1324 года «... этот Король [Гедемин] послал другое огромное войско на Ливонию, которое ... вошло в волость, называемую Росиген, и опустошило ее огнем и мечом ...». По итогам осенне-зимней военной сессии Петр делает неутешительной для себя заключение: «... эти два войска послал тот Король [Гедемин] на погибель Христиан, когда еще гонцы легатов апостольского … Продолжение » |